14 декабря в Украине День чествования участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Именно в этот день в 1986 году власти СССР сообщили о завершении строительства саркофага над четвертым энергоблоком. В честь памятной даты «ДНЛ+» публикует воспоминания дружковчан, которые принимали участие в ликвидации аварии на ЧАЭС.

Владимир Гундарев

Владимир Егорович Гундарев родился в 1937 году в Дружковке. Окончил 7 классов. Работал прессовщиком на метизном заводе. В 1956 году служил в Советской армии. В период службы попал на уборку зерновых в совхоз №9 Кокчетавской области (Казахстан). Трудился помощником на зерноуборочном комбайне. В 1959 году вернулся в родную Дружковку на метизный завод в холодно-прессовый цех. Без отрыва от производства окончил курсы шоферов. Вначале работал на мотороллере, в домоуправлении, затем водителем в грузовом АТП на БелАЗе.

По зову души и сердца по убеждению начальника автоколонны Александра Александровича Подорванова Владимир и его напарник Виктор Гордиенко 7 июня 1986 года добровольно уехали на ликвидацию последствий аварии на ЧАЭС. Владимиру предстояло заменить Игоря Петрушина, у которого к тому времени вахта закончилась.

Утром 8 июня уже были в Киеве. Автобусом доехали до Иванково, а оттуда попутным транспортом в Чернобыль, в отряд «Шахтопроходка». Встретивший их парень обрадовался приезду ребят. На ходу рассказывал о работе, показал маршрут и спешно удалился в Дружковку. Без раздумий и раскачки Владимир Ринулся в бой.

В то пору шахтеры из Воркуты и Донбасса пробивали тоннель под четвертым энергоблоком. Из самого пекла Владимир ежедневно увозил и привозил разные материалы: породу, рельсы, болты, соединительные планки, тюбинги. Были дни, когда Гундарев работал по снабжению, а Виктор Гордиенко – на четвертом энергоблоке. И всегда на ПУСО (Пункт Специальной Обработки) солдаты тщательно мыли машину от радиации. У общежития сельскохозяйственного училища в Чернобыле, в котором они жили, обычно ставили машину на отстой. Кормили их хорошо в столовой. Если вахта попадала на атомке, то обычно после рабочего дня бежали на АБК. Тщательно мылись, переодевались в чистое.

В конце июня 1986 года командировка и вахта у ребят закончилась. Машина оставалась работать. За свой труд Владимир Гундарев получил Почетную грамоту Верховного совета УССР. В Дружковке руководство автобазы и профсоюзный комитет выделил ликвидаторам бесплатные путевки в Крым. Только после отдыха Владимиру Гундареву разрешили работать на автомобилях. В 1988 году чернобыльцу сделали операцию и дали группу инвалидности.

Анатолий Козьменко

Анатолий Козьменко родился в 1946 году в Дружковке. Работал слесарем на Дружковском машиностроительном заводе. Служил в пожарных войсках. После возвращения из армии трудился на машзаводе составителем поездов.

В первые месяцы после аварии на ЧАЭС Анатолий Козьменко по команде военкомата уехал на ликвидацию последствий.

В составе Донецкого полка гражданской обороны Козьменко 2,5 месяца «лечил» отравленную землю: вывозил зараженный радиацией грунт, перекапывал землю. На третьем энергоблоке мыл разные помещения, очищал его от мусора.

Девять раз работал на крыше четвертого энергоблока на разных отметках. Рабочий цикл длился 40 секунд. Только успевали схватить кусок графита или бетона и быстро сбросить его вниз с крыши. Если нечего было брать, то хватали ломики и долбили по несколько раз. Защитные средства были примитивные: респиратор, резиновые сапоги да солдатская роба.

А когда срок закончился, всех построили, поблагодарили за труд и сказали, что все они получили неопасную дозу радиации. Анатолий возвратился на Дружковский машзавод в транспортный цех составителем поездов. Работать долго не пришлось. Больничные койки в Дружковке, Донецке, Киеве. Постоянная слабость, головная боль, лишившие сна и покоя. Третья группа инвалидности. Ему запретили работать на транспорте. А вскоре Анатолия Козьменко не стало – его поразил Чернобыль.

Владимир Белашенко

Владимир Белашенко родился в 1961 году в Дружковке. Окончил 10 классов, а в 1984 году – Донецкий медицинский институт. В г. Татарбунары Бессарабии работал врачом. В 1985 году вернулся в Дружковку и трудился эпидемиологом.

20 июня 1986 года Владимир отправился в Чернобыль на ликвидацию аварии на АЭС. По прибытии в Белую Церковь всех новобранцев переодели в военную форму. Без задержек спецмашинами отправили в расположение 25-й бригады. Лейтенанта Белашенко определили в оперативную группу Министерства обороны СССР в селе Фрузиновка. Пункт санитарной обработки подчинялся непосредственно оперативной группе.

«Два месяца знакомился с зоной, - рассказывает Владимир Белашенко. – Потом возвратился в часть. Работал на крыше третьего энергоблока атомной электростанции. На разные «отметки» водил группы, у которых цикл работы длился не более 30 секунд. Собирали куски бетона, графита и прочего мусора и сбрасывали с крыши. А потом уже бульдозер выталкивал мусор в заданный район.

В реакторном зале со своими солдатами проводил дезактивацию помещений. Нам разрешалось работать до 15 минут. Одет я был в тот самый солдатский костюм, который получил по приезду. На рот надевал защитные «лепестки», хоть их и хватало ненадолго.

После активной дезактивации помещения нам предстояло уложить и закрепить на пол спецматериал, похожий на линолеум. Эту работу выполняли в несколько заходов. Один технологический цикл длился десять минут. Потом все бегом за бетонную стену. Пятнадцать минут перекурим, поговорим, обменяемся мнениями. Затем снова в бой. И так до тех пор, пока не выполним задание. Вечером уезжали в часть. Нас ждал душ и, конечно, прекрасный обед. После небольшого отдыха – вечерний инструктаж, т.е. детальная расстановка: кто едет на атомную станцию, кто – в Чернобыль на дезактивацию. Как одну из опытнейших, мою группу отправили в пять утра в подчинение спецработников из военного штаба.

Выделили комнату под реактором третьего энергоблока. На полу уложен свинец. Дозиметрист поработал хорошо и нам теперь предстояло забетонировать большую площадку. Бетоносмесители то и дело подъезжали ко входу в третий блок и вываливали бетон. Мы с солдатами ведрами таскали его и укладывали. Работа не из легких.

Я даже забыл, что у меня сегодня день рождения. И появившиеся на стене и на большой площадке слова моих сверстников напомнили, что «28 сентября лейтенанту Володьке – 25 лет».

Я немного смутился. Потом подошел производитель работ из военного штаба и сказал: «Лейтенант Белашенко, ваша группа поработала хорошо. Молодцы. Сегодня вы все получили рентген больше, чем положено. И второе. Владимир Николаевич, поздравляем вас с Днем рождения. Желаем крепкого здоровья. Пусть ваш труд обернется сторицей для чернобыльцев, для нашего народа».

В расположение полка, который находился в 3 км южнее села Рудня-Ильинецкая, ехали чуть уставшие и молчаливые.

«В столовой сильно не наедаться, - сказа я улыбаясь. – Мясо диких кабанов для шашлыков беру на себя, а самые быстрые – Николая и Виктор – в Киев за водкой, возьмите деньги. – Я протянул солдатам купюру. – А шашлык будем готовить вместе».

Руководство полка разрешило солдатам отметить день рождения товарища, своего командира, и все отправились в лес.

Был хороший шашлык и горячительные напитки, тосты, поздравления, песни. А поздно вечером в расположении части еще долго звучали песни и музыка. И был порядок.

Полк готовился к зимовке. Работы на ЧАЭС продолжались. Солдаты постепенно уезжали домой, к нам приезжала замена. Офицеров меняли персонально. Каждый знал своего сменщика и терпеливо ждал.

В тот период шли монтажные работы каркаса на «серкофаге». Подсобной работы хватало всем. Из «стариков» оставался я и командир полка. Все уже разъехались. Как-то командир полка сказал мне: «Владимир Николаевич, не могу приказывать, но на крышу третьего энергоблока надо один раз сопроводить группу только что приехавших солдат». Я согласился. Проинструктировал при подъезде к АЭС. Работал вместе с ними. Все шло нормально. Отработали положенное время, выполнили определенный объем работ и стали спускаться с крыши. Я шел замыкающим. Вдруг один из солдат уже на нулевой отметке головой зацепился об уголок, пошатнулся, упал и сольно поранил голову. Я приказал группе двигаться на выход к автобусу, а сам взвалил на плечи парнишку, совсем юного солдата и стали тащить. По-видимому, от перегрузки заблудился в развалинах. Сели передохнуть. Солдат чувствовал себя плохо. Мимо пробегала группа. Они заметили нас.

- Лейтенант, что вы здесь делаете? Дергайте отсюда бегом.

- Куда? В какую сторону?

Ребята показали дорогу. Мы торопились. Ведь нас в автобусе ждали солдаты. Так закончилась моя последняя трудовая вахта. А на следующий день меня сменил старший лейтенант Селищев. Я уезжал в Дружковку.

По материалам книги «Чернобыль глазами очевидцев»